Очерк по материалам суда над работниками ЧАЭС 7.07 – 29.07.1987 - Часть 30

Лысюк — В моем поле зрения Акимова не было, я стоял спиной к нему.

Рогожкин — Когда вы покинули БЩУ?

Лысюк - Через  5-10 минут.

Рогожкин — Аварийное автоматическое оповещение слышали?

Лысюк - Где-то, возможно в переходной галерее, слышал — «Аварийная ситуация на 4-м блоке».

Председатель - Кто командовал всеми испытаниями?

Лысюк - Техническим руководителем был Метленко и он все время контактировал с Дятловым (дословно — К.Н).

Председатель — Дятлов все время был на БЩУ?

Лысюк — Какое-то время отсутствовал, не могу сообщить сколько раз и сколько времени.

Председатель - Об уровне радиации что знаете?

Лысюк — Знаю, что был высокий. Дозики сообщили, что плохая обстановка.

Газин Сергей Николаевич (1958 г. рождения)  СИУТ блока 4 с 1982 г.

- 25 апреля  работал с 16 до 24. После смены остался на опыт. Мы остались в качестве наблюдателей. 26.04.86, приблизительно в первом часу ночи, мое внимание привлекло то, что с аппаратом что-то случилось. Стало ясно, что реактор теряет мощность. В 1-ый момент СИУР Топтунов начинал поднимать мощность один. Он очень быстро нажимал на кнопки. Потом возле пульта СИУРа столпились люди.

Я увидел снижение давления в барабанах-сепараторах, закрывались РДС, потом ТГ подхватилась, появилась минимальная электрическая нагрузка. Потом включили по четвертому ГЦН на каждой стороне.

Вскоре приступили к операции выбега. Кнопка МПА имитировала создание аварийной ситуации.

Был проведен инструктаж. Метленко объявил, какие команды он будет давать. Я понял его так, что по команде «пуск» нужно нажимать кнопку «МПА» и глушить аппарат. Уже после аварии я узнал, что реактор был отключен не кнопкой МПА, а кнопкой «АЗ-5» позднее закрытия СРК.

Меня интересовал вопрос снижения оборотов ТГ после закрытия СРК . 1-Ый удар был при оборотах турбины 2400  об/мин. Удар был сильный. Я посмотрел на пульт СИУРа. Топтунов что-то говорил Акимову. Потом я услышал, как Акимов сообщил — «питание муфт».

Потом с блока 3 пришел сигнал о потере уровня в напорном бассейне.

О радиационной обстановке. Забегал на БЩУ Самойленко, сообщил что мощность дозы больше 1000 мкр/сек.

Председатель — Вы были при снижении мощности в начале смены?

Газин — Был.

Председатель -Что можете рассказать суду по этому событию?

Газин — Во время снижения мощности к Топтунову подошел Акимов, Дятлов, Трегуб и что-то там делали. Мощность падала почти до нуля. Потом  ее подняли до 200 МегаВт.

Прокурор - Ранее Вы говорили, что перед аварией открылись ГПК?

Газин - Сам я  не смотрел, это мне сообщил Столярчук.

Эксперт — Вы были рядом с Киршенбаумом. Что он делал?

Газин — Поддерживал давление в КМПЦ.

Эксперт (Мартыновченко) — Кто руководил экспериментом?

Газин — Основные моменты программы определял Метленко. Но Дятлов не был в стороне.

Эксперт — Во сколько Вы  ушли с блока?

Газин — Часа два, полтора были на улице вблизи четвертого блока, потом пошли на АБК-1. Пробыли там минут 40, потом пошли в бункер, оттуда домой.

Фомин — При мощности реактора 700 -1000 мвт  Вы могли бы сделать на ТГ- 8  50 МегаВт электрических?

Газин - Вполне. Взял бы лишний пар на БРУ-К.

Защитник Дятлова — Какие команды Дятлова Вы помните  и кому он их давал?

Газин — Я помню только команду на включение четвертого ГЦН.

Защитник Рогожкина — Вы помните, включалось ли аварийное оповещение?

Газин — Да, после включения НОНПов, НОАПов (хотя ручная арматура на них была закрыта).

Бабичев Владимир Алексеевич (1939г. рождения, НСБ блока № 4).

- 26 апреля утром меня разбудил телефон. Было 4ч 45м. Сообщили, что произошла «Общая авария».  Я перезвонил НСС  Рогожкину Б.В., тот сообщил что в 5ч15 м будет автобус от городской остановки.

Когда подъезжали к ЧАЭС, контуры четвертого блока показались расплывчатыми, а снизу шел подсвет соломенного оттенка.

Дятлова я нашел в бункере. Он  приказал сменить НСБ  А. Акимова  и включить пару НОАПов. По пути на блок я встретил начальника ООТиТБ Красножена и попытался узнать у него радиационную обстановку. Ничего страшного тот мне не рассказал.

На БЩУ — 4 были Фомин, Ситников, Чугунов, Орлов, Акимов, Топтунов, СИУБ, СИУТ. Акимов рассказывал Фомину о происшедшем, потом сообща  стали обсуждать, как лучше подать воду в активную зону для расхолаживания реактора. Фомин считал, что подача воды – это главное что нужно делать. Этим и занимались.

В 6 часов я сообщил Акимову — ты свободен. Давай оформим оперативный журнал, но журнала мы не нашли.

Еще записи на эту же тему:



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47

Оставить комментарий (Зарегистрируйтесь и пишите коментарии без CAPTCHи !)

 
© 2008-2017 EnergyFuture.RU Профессионально об энергетике. All rights reserved. Перепечатка материалов разрешается при условии установки активной гиперссылки на EnergyFuture.RU.