Директор ГНЦ РФ ФЭИ Валерием Рачковым — о развитии реакторов на быстрых нейтронах

В прошлом номере газеты было опубликовано интервью Петра Щедровицкого о перспективах развития атомной отрасли и о роли ФЭИ в этом процессе. Сегодня мы беседуем с директором ГНЦ РФ ФЭИ Валерием Рачковым о том, какова роль ФЭИ в реализации новой федеральной программы (ФЦП) «Ядерные энерготехнологии нового поколения», и что ждет институт в будущем. Вот что рассказал Валерий Иванович.

— ФЭИ был и остается мощной научной организацией со своими традиционными блоками работ, имеющей перспективные наработки во многих областях. Ф.Ц.П. «Ядерные энерготехнологии нового поколения» имеет большое значение для всей атомной отрасли, и, конечно же, для ФЭИ. Если перевести название программы на обычный язык, то это создание ядерной энергетики на основе замкнутого ядерного цикла с быстрыми реакторами.

А наш институт был «папой и мамой» этих реакторов, и остается ими. Основная роль института в этой программе – научное руководство. Мы должны поставить работу таким образом, чтобы научное руководство было в одних руках, чтобы появился цельный системный проект. Все деньги по этой программе следуют через нас, мы направляем их соисполнителям – фактически, это крупнейшие институты отрасли. Если смотреть на материальную часть, то на сам ФЭИ приходится немного, большая часть денег следует в конструкторские организации и в НИИАР, где сегодня сосредотачивается основная исследовательская реакторная база отрасли, но идеология проекта лежит на нас. Научное руководство — это, по сути, кураторство, чтобы конструкторов не заносило в привычную колею. И сотрудничество с ними в процессе развития новых ядерных технологий.

Программа включает в себя четыре блока: реакторные установки, топливо и материалы, обращение с отработанным топливом и радиоактивными отходами, а также модернизация исследовательской базы отрасли. В программе предусмотрена разработка проекта коммерческого быстрого реактора БН-1200, разработка и сооружение быстрого реактора со свинцово-висмутовым теплоносителем C.В.Б.Р.-100, разработка и сооружение быстрого реактора типа БРЕСТ.

Особое место в программе занимает разработка и сооружение А.Э.С со свинцово-висмутовым быстрым реактором C.В.Б.Р.-100. Это 1-ый случай, когда осуществляется частно-государственное партнерство в сфере А.Э.С. Этот проект выполняется на деньги акционерного общества со смешанным капиталом: с одной стороны – Рос_Атом, с другой – структуры Дерипаски. В научном плане это детище нашего института и ОКБ «Гидропресс». За ФЭИ в этом проекте закреплены работы по топливу и научное руководство, это небольшие деньги. Но если с реакторами БН уже сегодня можно выходить на коммерческую стадию, то в случае с C.В.Б.Р. в наземном варианте ситуация другая, поскольку реакторы такого типа работали только на подводных лодках, а там совсем другие режимы. Но мы уверены, что эту проблему можно решить.

Большие надежды мы возлагаем на быстрый реактор естественной безопасности, основу идеологии которого составляет известная концепция НИКИЭТ, реактора со свинцовым теплоносителем БРЕСТ. Это принципиально новая установка. Мы позиционируем ее как прорывной проект, что нашло свое отражение и в новом названии этого проекта «Прорыв». Безопасность работы этой реакторной установки должна в основном обеспечиваться за счет внутренних процессов на основе законов природы. В ней будет использоваться новое плотное топливо. Пока в этом проекте за ФЭИ планируются работы в основном по технологии теплоносителя. Но мы ставим вопрос о том, что ФЭИ должен взять на себя в этом проекте и значительную часть работ, связанных с научным обоснованием. Необязательно, чтобы все работы делались у нас, главное, чтобы единое научное руководство сшивало все разработки в прорывной проект с целевыми характеристиками. Надеемся исправить этот перекос, думаю, переговоры с НИКИЭТ на эту тему будут успешными.

— Научные институты, как правило, работают эффективно какое-то время, затем наступает спад. А как с этим в нашем институте?

— У каждого института есть годы бурного подъема, выход на какой-то уровень, бывают и периоды падения. Все это и у нас наблюдается. Раньше ФЭИ был суперинститутом, это был крупный научно-технологический центр, где работало почти 12 тысяч человек. Сегодня ситуация другая, прежнего немеренного количества денег нет. Да и задачи другие. Но мы по-прежнему работаем над научными заделами для будущего. Занимаемся научным сопровождением уже воплощенных проектов. Мы достаточно сильно задействованы в водоводяных реакторах, потому что у нас сильный теплофизический сектор, один из мощнейших в Рф. Это никуда не денется, но нужно понимать, что такого большого количества людей, как было, сейчас не нужно. Нужен достаточный высокопрофессиональный состав. У нас много научных направлений, и они никуда не денутся. Вот сейчас мы включаемся в космический проект – создание реакторной установки мегаваттного класса для полета на Марс. ФЭИ в свое время был одним из главных разработчиков космических ЯЭУ. Если бы мы последовательно занимались космической программой, то давно бы уже были на Марсе раньше USA, которые объявили 2018 г. предполагаемой датой полета. Думаю, ни они, ни мы к этому времени никуда не полетим, учитывая то финансирование, которое выделено на этот проект. Да, проект анонсирован, деньги выделяются, но на весь комплекс работ этого недостаточно.

Но визитной карточкой ФЭИ все-таки являются быстрые реакторы. Мы хотим выступить в роли научного архитектора новой атомной энергетики. Существующая атомная энергетика – побочный продукт оружейного проекта, где требовалась наработка оружейных материалов – высокообогащенного урана и плутония. Отцы–основатели направления реакторов на быстрых нейтронах Александр Лейпунский и Энрико Ферми понимали, что будущее ядерной энергетики за быстрыми реакторами с замкнутым ядерным циклом. Профессор В.В. Орлов правильно говорит, что эта задача сложнее, чем создание атомной бомбы. Атомную бомбу мы фактически сделали по «техзаданию», которое сверстали за рубежом, это была ответная акция. Там сделали – и нам надо. Сейчас ситуация иная, мы впереди практически по всем позициям, нам не на кого оглядываться, нет шпаргалки. И самое важное – это должно работать не в экстремальных одномоментных условиях (как с атомной бомбой), а в обычной мирной жизни сотни лет. Задача неимоверной сложности, которую просто недооценивают. Нужны новые реакторные установки, новое топливо, новые методы переработки отработанного топлива и, наконец, новая исследовательская база. Надо сделать такую энергетику, чтобы в глазах общественности она выглядела как обычный безопасный продукт без нерешенных проблем обращения с радиоактивными отходами, без опасности тяжелых аварий с радиационными последствиями для населения. Новые ядерные технологии должны обеспечивать технологическую поддержку режиму нераспространения ядерно-оружейных материалов. Надо добиться, чтобы люди забыли об авариях и о хищениях делящихся материалов, но для этого еще предстоит большая работа, которую поручили возглавить нашему институту.

ФЭИ готов стать кузницей талантов

Мы пытаемся сохранить научный потенциал института, и те относительно небольшие деньги, которые получает ФЭИ из госбюжета, в первую очередь будут направлены на сохранение этого потенциала. Мы должны показать, что можем многое делать, дайте нам только нормальные деньги. В институте есть интересные перспективные разработки, связанные с ядерно-оптическими преобразователями энергии, но они пока имеют мало шансов на интенсивное развитие. Интерес к ним со стороны потенциальных заказчиков мал. Наверное, в этом виноваты и мы. Они смотрят на то, что мы делаем, и их это не впечатляет. Получается замкнутый круг: нам не дают денег, потому что не смотрят больших перспектив, а без денег мы не можем продемонстрировать впечатляющий эффект. Пока мы делаем эти разработки за счет внутренних резервов. Поставлена задача изменить эту ситуацию.

— Один из самых острых вопросов сегодня – привлечение в науку молодежи, преодоление разрыва поколений в науке, передачи научных знаний.

Еще записи на эту же тему:



Страницы: 1 2

Один комментарий к “Директор ГНЦ РФ ФЭИ Валерием Рачковым — о развитии реакторов на быстрых нейтронах”

  • Dyachkov | 3 Январь, 2011, 20:27

    Странно, что так медленно идут дела в области быстрых реакторов. БН-600 введен в 1980 г., БН-800 видимо построят к 2014 г. Но и он оказывается будет в общем экспериментальны. А для серийного пр-ва будут проектировать новый реактор БН-1200, который в лучшем случае появится в 2020 г.

Оставить комментарий (Зарегистрируйтесь и пишите коментарии без CAPTCHи !)

 
© 2008-2017 EnergyFuture.RU Профессионально об энергетике. All rights reserved. Перепечатка материалов разрешается при условии установки активной гиперссылки на EnergyFuture.RU.